Первое мое знакомство с театром считаю неудачным. Мама повела меня в Большой на оперу «Сказка о царе Салтане».

Как же устала тогда! Время тянулось медленно-медленно, музыка гремела, актеры пели, я ничего не понимала – ни слова. Еле-еле дождалась конца представления. Помню, что мама, видимо, понимая свою оплошность с этим походом, отвлекала меня: «Посмотри, какие декорации, какие костюмы». Да, они были красивые и яркие, но опера – мучение. Я была не готова к этой встрече с прекрасным.
А вот знакомство с балетом – другое дело: все понятно и красиво. Конечно же, это было «Лебединое озеро».

На лето к нам приезжала из Казани мамина сестра тетя Зоя с тремя детьми, двумя моими сестренками и братом.

В семейную программу встречи родни входило посещение балета. Помню длинную Пушкинскую улицу, ведущую к музыкальному театру Станиславского, по которой растянулась наша семейная команда. Впереди взрослые, сзади молодняк. Все нарядные и красивые, особенно девочки – юбки в складку, белые гольфы, возбужденные от общения и предвкушения праздника.

Вешалку, с которой начинается театр, не помню, но широкие холлы, зал, ложи – отлично. Буфет, туалет и все, как положено, мы посетили – пошли занимать места «согласно купленным билетам»

Мы возвращались с сестрой Аллой из сельского магазина. В руках авоська с хлебом и белый эмалированный бидон с молоком. Это в Москве молоко продается в стеклянных бутылках, хотя и в розлив тоже есть, – стоит оно двадцать восемь копеек за литр. А здесь, за городом, только в свою тару. Продавщица литровым ковшиком из огромного бидона наливает нам три литра, и мы идем обратно...

Дорога пыльная и теплая. Ноги в шлепках проваливаются в легкую пушистую и мягко-приятную пыль. Мы идем и болтаем о том о сем. Сестра постарше меня, она очень начитана и часто рассказывает мне всякие истории и страшные сказки.

Почему-то в детстве завораживали таинственные и необъяснимые истории. Мы пугали друг друга черной рукой, боялись темноты и некомфортно чувствовали себя одни дома. Но страх был притягателен. Мы свернули в поселок и, болтая, подошли к нашей калитке.

Сад у нас зеленый, много деревьев, по тропинке попадаешь к дому, а если пройти по ней дальше – маленький домик, это летняя кухня. Рядом две красивые зеленые скамейки, как в московских парках, их сделал мой дядя Ваня, и большой квадратный стол.

Мы с Аллой вошли в калитку, и пока сестра накидывала крючок, закрывая ее, я посмотрела вперед: на лавке у кухни лежала тетушка – лицо ее было в крови. В ужасе закричала я: «Тетя Зоя! Тетя Зоя!» – и со всех ног бросилась к ней.