Валентина Алексеевна Благово – кандидат филологических наук, автор научных и публицистических статей и книг, с глубоко историческими интересами и обостренным чувством патриотической справедливости.

Мы познакомились в начале двухтысячных, когда уже стала выходить в печать серия «Россия забытая и неизвестная» в издательстве «Центрполиграф» и книги появились на прилавках известных магазинов. В.А.Благово и С.А.Сапожников – авторы проекта и ведущие редакторы удивительных изданий – очерков, мемуаров, личностных откровений тех, кого называли в советской России «бывшими», - приняли участие в прямом эфире программы «Книжное обозрение» на «Народном радио». К нынешнему году количество томов оригинальной энциклопедии – назову это так – приближается к весьма внушительной цифре – 90… 

И вот новое издание – «Дворянское служение»: составление, общая редакция, предисловие, подготовка к печати В.А.Благово: светлой памяти мужа, соратника, талантливого человека. Дело продолжается…

Очерки книги – история одиннадцати нетитулованных дворянских родов, веками в разные времена служивших России, отстаивая интересы державы и умножая ее славу. Роды адмиралов Нахимовых, Сенявиных, Чичаговых, публицистов Аксаковых, композитора М.И.Глинки, исследователя и путешественника Н.М.Пржевальского, а также дворянские кланы Благово, Верховских, Сапожниковых, Скарятиных и Щербачевых делами своими защищали Отечество. Много ли известно современному гражданину России, как это документально было? Авторы – в большинстве своем в той или иной линии, – представляют родословье героев книги, то есть являются для читателей источниками достоверных сведений.

Сын Смоленской земли, адмирал Нахимов, являл собой редкое сочетание высочайшего профессионализма и высоких нравственных качеств. Его коллеги по службе не могли “отыскать причины и средства, которыми человек мог дойти до столь светлого, непорочного взгляда на свои обязанности к государству и обществу”.

С юных лет Павлу было с кого брать пример. Путь в Петербург и обратно пролегал по Бельскому тракту, всякий раз Павел заглядывал к Николаю Матвеевичу, своему крестному, и бывал тепло принят. Трёхмесячный отпуск по окончании корпуса с декабря 1818 по март 1819 года, по нашим семейным воспоминаниям, он по большей части провёл в доме крёстного. Близость к столь пассионарной личности, какой был Николай Матвеевич, не могла не оказать влияние на формирование личных качеств молодого человека.

Известная сослуживцам нравственная чистота и высота его жизненных принципов основывалась на заложенном ещё в детстве фундаменте. А способность Павла Степановича брать на себя ответственность в чрезвычайных ситуациях, нередких во флотской службе, не раз спасавшая подчинённых и его самого, была воспринята им как норма непосредственно от героя народной войны 1812 г. К тому же старшие братья, Николай и Платон, обладали подобными качествами.

Повезло также будущему флотоводцу встретить в самом начале флотской карьеры замечательного наставника - М. П. Лазарева, будто бы отозвавшегося о лейтенанте Нахимове после трёхгодичного плавания вокруг света на фрегате «Крейсер» кратко, но исчерпывающе: “Чист душой и любит море!”

В истории Российского государства известны полководцы, удостоенные всеобщего признания и наречённые народом как отцы-благодетели: ‒ А. В. Суворов, М. И. Кутузов и флотоводец, сражавшийся на бастионах Севастополя, П. С. Нахимов.
Павел Степанович служил 24 часа в сутки, отдаваясь целиком любимому делу.

Подчинённые видели это и старались всё исполнить лучшим образом, чтобы не подводить любимого начальника. Он был прост и доступен, каждый мог высказать ему своё соображение и, если он признавал его стоящим, то отвечал: дельно говоришь, делай так!

Как и другие увлечённые моряки, он откладывал семейную жизнь на потом. Отвечая на поздравление с Синопской победой двоюродному брату, отставному лейтенанту флота Андрею Нахимову, в село Михайловское, что напротив, через Волочковское озеро, Павел Степанович писал: “Ах! Если бы года через два или три всё успокоилось, и мне довелось бы годик прожить в деревне в кругу моих добрых родных: право, я поздоровел и помолодел бы. К тому же вдали от всех вас я совсем одичал. Был при мне один близкий родной Платон Воеводский, да и тот теперь почти два года в отсутствии, за границей.”

Но вернёмся в то время, когда братья Иван и Павел были зачислены в Морской корпус и только начинают осваиваться во флотской семье, ведь смогли же Николай и Платон пройти всё это, и мы не хуже…

Павел Степанович отдаст флотской службе более 37 лет, из них около 13 - в походах и в сражениях на 14 различных судах, 9-ю из которых он командовал и всегда по своему авторитету между моряками, по прямому и благородному характеру стоял во главе Черноморского флота. Об этом рассказывает Н. Ф. Богданович в 1 томе «Истории Крымской войны и обороны Севастополя», выпущенной товариществом "Общественная польза" в 1900 году в Санкт-Петербурге.

Несгибаемый характер, не допускавший сделки с совестью, и физическая крепость сформировали редкостную, непорочную личность, нечастую, к сожалению, в среде начальствовавшего состава флота. Не слепая стихия и не беспощадный противник, а людские интриги вставали перед ним как преграды, отвлекая его силы от насущных проблем. Служба его ‒ цепь преодоления себя и чрезвычайных обстоятельств…

В кругосветном плавании у Калифорнии выпал за борт матрос Давыд Егоров. Павел, не будучи на вахте, распорядился спустить шлюпку и, не колеблясь, устремился на помощь тонущему. Их разделяло несколько саженей, когда выбившийся из сил матрос больше не появился на поверхности. В неспокойном океане и сами спасатели оказались в критическом положении, с трудом сблизились с фрегатом и едва не выпали из повреждённой при подъёме шлюпки.

За кругосветное путешествие лейтенант Павел Нахимов был представлен к ордену Святого Владимира 4 степени.

В Наваринском сражении 8 (20) октября 1827 г. он оказался на верхней палубе в самом опасном месте ‒ на баке флагманского корабля «Азов». Корабль ещё только разворачивался перед постановкой на якоря, а турки, следуя тактике англичан, уже начали обстрел парусного вооружения, где особо важны баковые косые паруса ‒ кливера, без которых судно не может маневрировать.